IT-компании меняют курс: реальные проекты и банки вместо громких обещаний
Российская IT-отрасль последние несколько лет находится в эпицентре тектонических сдвигов: от эйфории импортозамещения и взрывного роста до осознания новой реальности с дорогими деньгами, изменившими правилами игры и более взыскательными партнерами. Судя по заявлениям, прозвучавшим на конференции «Цифровая индустрия промышленной России» (ЦИПР-2026), можно уверенно говорить, что отрасль перешла из стадии «горячего стартапа» в фазу зрелого, рационального бизнеса, где ключевым словом становится не «прорыв ради прорыва», а устойчивость и реальная прибыль.
Премьер-министр Михаил Мишустин, открывая пленарное заседание, подтвердил статус IT как одного из главных драйверов экономики страны, подчеркнув, что за последние шесть лет доля отрасли в ВВП удвоилась. Это внушительная цифра, свидетельствующая о системной значимости. Однако за парадными данными скрывается сложная внутренняя динамика: рынок растет, но растет по-новому. Если еще пару лет назад на повестке дня стояла задача любой ценой заместить ушедшего западного вендора, то сегодня на первый план выходят эффективность, окупаемость инвестиций и поиск устойчивых бизнес-моделей.
На партнерской сессии Альфа-банка «Новый ландшафт IT-инвестиций. Тренды, инструменты и точки роста» эксперты единодушно зафиксировали этот сдвиг. Денис Кутасов, старший вице-президент Альфа-банка, привел цифры: по итогам 2025 года рост IT-рынка в разных сегментах составил около 15% по сравнению с 2024 годом. С одной стороны, это очень достойный показатель на фоне многих других отраслей, столкнувшихся с последствиями жесткой денежно-кредитной политики. С другой — он уже не напоминает трехзначные темпы роста предыдущих лет, когда на волне паники закупалось все, что хоть как-то напоминало замену SAP или Oracle. Альфа-банк, по словам Кутасова, видит ситуацию с трех сторон: как кредитор IT-компаний, как крупный заказчик технологических решений и как разработчик собственного цифрового продукта. Такой 360-градусный взгляд позволяет трезво оценивать не только обещания стартапов, но и реальную эффективность внедрений.
О том, что ажиотаж спал не во всех сегментах, заявил Евгений Покалюхин, вице-президент по корпоративному развитию «Яндекса». По его словам, в отрасли по-прежнему «довольно жарко»: оценки активов высоки, интересантов много, и крупные игроки продолжают конкурировать друг с другом за перспективные разработки и команды. То есть общая волна спала, но локальные перегретые зоны сохраняются — прежде всего вокруг fast-growing стартапов с понятной бизнес-моделью или уникальными технологиями.
Однако главный сигнал тревоги и одновременно новая реальность прозвучали от Алексея Катунина, члена правления и вице-президента по финансам МТС. Он констатировал, что рынок стал крайне неоднородным. Крупные корпорации, имеющие живую прибыль и возможность реинвестировать в R&D, чувствуют себя уверенно. А классический путь независимого стартапа — привлечь венчурный фонд, вырасти, выйти на IPO — за последние полтора года практически перестал работать. «Традиционный путь, к которому мы привыкли: ребята делают стартап, привлекают фонды, потом выходят на IPO, — очевидно, в последние год-полтора в целом не особо работает», — резюмировал Катунин. Это очень важное признание, означающее, что модель, построенная на «дешевых деньгах» и бесконечных раундах, в сегодняшней России умерла. На смену ей приходит либо жесткая корпоративная акселерация, либо встраивание в экосистемы крупных игроков, либо государственно-частное партнерство.
Дмитрий Бабурин, партнер «Восток Инвестиции», призвал не смотреть на IT-рынок как на монолит. Да, общий рост замедлился, но внутри есть сегменты, которые сохранили прежнюю, двузначную динамику. Это, в первую очередь, облачные сервисы, кибербезопасность и платформы работы с данными. Именно туда сейчас идут реальные инвестиции, а не в универсальные ERP-системы с сомнительным функционалом, которые пилились впопыхах ради импортозамещения.
Наиболее неожиданную и трезвую классификацию предложил Дмитрий Рейдман, директор по развитию цифрового бизнеса «Ростелекома». Он разделил IT-продукты по бизнес-моделям. Первая категория — стабильные «дойные коровы»: системы, составляющие фундамент бизнеса (базы данных, операционные системы), они приносят постоянный, предсказуемый доход. Вторая — быстрорастущие хищники: кибербезопасность, которая будет расти всегда, пока существуют угрозы. И третья — наименее перспективная, по мнению Рейдмана — проекты, созданные исключительно под горячую волну импортозамещения. Там был краткосрочный всплеск, но большого рывка вперед уже не будет, поскольку многие такие решения оказались неконкурентоспособны по цене и качеству вне режима обязательного госзаказа.
Что же из всего этого следует для участников рынка и инвесторов? Во-первых, время «легких денег» закончилось. Банки (и Альфа-банк здесь яркий пример) и крупный корпоративный капитал становятся главными источниками финансирования, но они требуют внятной бизнес-модели, работающего продукта и реальных клиентов. Во-вторых, рынок ждет не энтузиазма, а профессионализма — умения считать юнит-экономику, управлять себестоимостью и строить долгосрочные партнерства, в том числе с финансовыми институтами. И в-третьих, как отметил Рейдман, важно не просто смотреть на классификации, а ловить сигналы: регуляторные изменения, структуру сделок M&A, динамику кредитных ставок. Именно эти сигналы сегодня формируют новый ландшафт IT-инвестиций в России — более жесткий, прагматичный, но от этого не менее интересный для тех, кто готов работать на реальный результат.
